Василий Мичков

Чисто. Чисто во всех смыслах. В человеческом особо. С достоинством. Честью. Честно. Служением честно. Стремлением честно. Искренним. Взаправдашним. Подлинным. Настоящим. К обязательному образованию. К языкознанию. К литературе. К науке. К миру. Какая устремленность в мир. В его разнообразие. Откровение. Сколько истинного благородства. Порядочности. Выправки сколько. И в отношение к людям. И к морю. И к кораблю. И к судьбе. И к вере. Сколько правильности и праведности. И сколько дисциплины.
читать дальше

У Зельфиры Исмаиловны терпкий такой голос, бархатный, грудной... И требовательный, что важно — сильный, безапелляционный. Это когда встречей в фойе — вдруг — от альбомов. И совершенно в новом пространстве, где воздуха много. И крыльев. И выси (как в Хельсинки тогда). И таланта в нем много — того, что энергией. Элитарной — от присутствия, от бытия. Как в Prado с Босхом. И здесь — в не фигуративном — от качества субстанции что ли, от вибраций, токов. От судеб: Казимира, Филонова, от Василия Васильича...
читать дальше

Он не чувствовал себя гостем. Не робел. Он знал себе цену. И эта уверенность есть и в кадре, элитарность этакая — в мягкости. Когда все на полутонах. В такой многослойности существования. И в общей пляске кинематографического карнавала: с одной стороны все документально должно быть неопровержимо, и здесь художники — во славу, вот так создавая корпускулярно среду обитания, вот так чтобы звучало все и пенилось, чтобы раскрашено было, и ритмически как бы рассредоточено, и в облаке...
читать дальше

Разве в аффекте пропадает индивидуальность... (?) Теряется... Скукоживается... И мы становимся агрессивно или не агрессивно эмоциональными. Это вот та агрессия «с пеной у рта», что есть раз воплощённая мысль... Или же, все-таки, мыслью рождается эмоция... Сказывается. Но тогда почему мы порой за ней, за мыслью тогда как будто не успеваем... Как вот так мы расчерчиваем спектакль (здесь очень лаконично и очень привлекательно), математически изысканно, а внутри сцен становимся...
читать дальше

Вот только за эту протяженную устремленность, сосредоточенную рассеянность, отрешенную потусторонность, вот за этот финал, Кирилл Семенович, должно Вас возблагодарить. И очень, когда гениально. За это живое свидетельство, за в воздухе откровение, за прозрачность помысла, за чистоту — за новь. В этом изумительном присутствие Рудика. Вот за эту подлинность, когда спиной и обращенностью — к прошлому и к лучшему. К далекому. Неизбывному. Когда в затихающей вьюге...
читать дальше